В своем критическом эссе о батаевском «Внутреннем опыте» Жан-Поль Сартр назвал философию Жоржа Батая «чёрным пантеизмом» (отличая его от «белого пантеизма» Спинозы). В этом подразумевался тот интерес Батая к животной природе и к низкому
материализму, который проявляется только в самых чудовищных, отвратительных и ужасных явлениях естественной жизни. Напротив, друг Батая 1930-х годов Вальтер Беньямин отшатывался от ужаса природы в сторону скрытой по ту ее сторону «божественной» истины, и подобная противоположность двух этих во многом столь близких мыслителей, в особенности рассмотренная через призму теории их философского «наследника» Джорджо Агамбена, способна пролить свет одновременно и на материализм Батая, и на мессианизм Беньямина.