У этих столь разных художников – земля является чем-то большим, чем простой космический объект. Это безусловно объект мысли, подающийся под знаком Большой Утраты. Истина – как память об утрате подлинности, когда сама материя утраты и является землей, на которой мы живем. Например, наша истина – утрата рая. Мы живем в истине этой утраты. Утрата – в отличие от просто потери – сказывается внутри мира настоящего. Это тяжелый объект, пронизывающий настоящее силами прошлого и превращающий настоящее в систему знаков, в аллегории. В фильмах Тарковского Земля является под видом Соляриса, Ларса фон Триера – Планеты Меланхолии, у Ольги Седаковой в виде монументального образа Земли, как последнего объекта перед Богом. И все три художника занимались чем-то большим чем искусство в искусстве. Что такое мыслить Землю – стало задачей недавней современности.